Основные законодательные источники уголовного права Московского государства XVI–XVII веков: общая характеристика.

Ключевым источником уголовного права Московского Государства изучаемой эпохи являлся Судебник от сентября 1497 г., который ввел единые для всех русских земель, объединенных под властью Великого Князя Московского, юридические правила. Несмотря на то, что подавляющее большинство норм Судебника было посвящено вопросам судоустройства и судопроизводства, в нем были представлены и нормы некоторых иных отраслей права, в том числе уголовного. В плане структуры Судебник Великого Князя Ивана III, согласно господствующему в науке мнению, распадался на четыре части. В первый раздел закона (ст. 1–36) входили нормы, регулировавшие деятельность центрального суда. Постановления второй части Судебника (ст. 37–45) регламентировали функционирование местного суда. Третий раздел (ст. 46–66) включал гражданско-правовые и процессуальные нормы. Завершали Судебник дополнительные статьи (ст. 67, 68) процессуального характера. Отмеченное подразделение Великокняжеского Судебника на составные элементы, впрочем, является довольно условным, поскольку в каждой из вышеназванных частей закона помимо норм, образовывавших «костяк» соответствующего раздела, имелись и иные законодательные положения. Например, нормы уголовного права содержались во всех четырех разделах Судебника. В качестве источников Судебника выступали Уставные грамоты наместничьего управления и другие нормативные правовые акты Московского Государства, Псковская судная грамота, Русская Правда, нормы обычного права и судебная практика Московского Государства, сложившаяся к концу XV в. Много места в Судебнике занимали новые правовые нормы, сформулированные разработчиками закона.

Судебник 1497 г. являлся не единственным источником уголовного права Московской Руси в анализируемый период. Наряду с ним применялись иные законы, причем не только общероссийского масштаба, но и территориально-ограниченной сферы действия. Они также могли устанавливать уголовную ответственность за те или иные правонарушения.

Важную уголовно-правовую роль играли продолжавшие оставаться в силе (конечно, не в первоначальном виде) Устав Великого Князя Владимира Святославича о десятинах, судах и людях церковных и Устав Великого Князя Ярослава Владимировича о церковных судах XI–XII вв. В указанных княжеских церковных Уставах Древнерусского государства был закреплен весьма широкий перечень уголовно противоправных деяний, переданных законодателем в силу их специфической природы в ведение Церкви.

Неоспоримое значение для уголовного права Московской Руси имели Уставные грамоты наместничьего управления XIV–XVI вв., которые определяли взаимоотношения кормленщиков – наместников и волостелей – и подчиненных им лиц с жителями управляемых ими территорий.

Главным источником уголовного права Московского Государства во второй половине XVI в. – первой половине XVII в. являлся пришедший на смену Судебнику 1497 г. Судебник 1550 г. Новый Судебник базировался на нормах Великокняжеского Судебника и правовом материале, накопившемся к середине XVI в. На взгляд отдельных исследователей, Судебник Царя Ивана IV также опирался на положения Судебника, якобы принятого в годы правления Великого Князя Василия III, но впоследствии утраченного. Существенную часть Судебника 1550 г. составляли законодательные новеллы. Структурно Царский Судебник был аналогичен своему предшественнику и включал разделы, содержавшие нормы о центральном и местном суде (соответственно, ст. 1–61 и ст. 62–75), гражданско-правовые и процессуальные нормы (ст. 76–97) и несколько дополнительных норм (ст. 98–100). Как и в Судебнике 1497 г., уголовно-правовые нормы были распределены по всем четырем разделам Судебника 1550 г.

Помимо Судебника Царя Ивана Грозного, уголовно-правовое значение имел и Судебник 1589 г. (Судебник Царя Федора Ивановича), который хотя и не получил официального утверждения, но фактически служил руководством для земских судей и признавался центральными правительственными органами имеющим законную силу.

Колоссальную роль в борьбе с «лихими делами», прежде всего с разбоями и татьбами как самыми опасными преступлениями, играли губные и земские грамоты и Уставные книги Разбойного приказа. Их издание явилось реакцией Верховной власти на неоднократные жалобы населения на то, что «многие села и деревни розбойники розбивают и животы <…> грабят, а села и деревни жгут, и на дорозе многих людей грабят и розбивают, и убивают многих людей до смерти» . В условиях обострения криминогенной ситуации в стране, резкого увеличения количества тяжких корыстных и насильственных преступлений в середине XVI в. правительство пошло навстречу пожеланиям местных жителей и предоставило им право преследовать и наказывать «лихих людей». Наряду с уголовно-правовыми предписаниями губные и земские грамоты предусматривали нормы, определявшие порядок формирования и состав местных выборных органов – губных и земских изб – и их компетенцию в различных сферах.

Положения губных грамот были использованы при разработке Первой Уставной книги Разбойного приказа 1555–1556 гг., которую образовывали следующие нормативные правовые акты:

  • 1) Приговор о разбойных делах от 18 января 1555 г.;
  • 2) Память о правеже долгов от 5 мая 1555 г.;
  • 3) Указ о татебных делах от 28 ноября 1555 г.;
  • 4) Приговор о губных делах от 22 августа 1556 г.

Первая Уставная книга Разбойного приказа легла в основу Второй Уставной книги Разбойного приказа 1616/17 г., в которую, кроме того, вошли нормы губного права, сформулированные во времена царствования Федора Ивановича и Бориса Федоровича Годунова.

Целый ряд важных уголовно-правовых норм имелся в «Соборном уложении» («Стоглаве») от 11 мая 1551 г., представлявшем собой сборник постановлений церковно-земского Собора 1551 г., посвященных преимущественно сугубо церковным проблемам.

Особое место в механизме уголовно-правовой регламентации общественных отношений занимали многочисленные наказы, памяти и грамоты воеводам и их «товарищам», таможенным и кабацким головам и целовальникам, стрелецким головам и другим должностным лицам. Именно данные документы-инструкции, а не вышеназванные крупнейшие памятники права в своей совокупности являлись «вместилищем» большинства норм уголовного права. Что касается самих этих норм, то они были двоякими: часть из них была адресована персонально чиновникам, угрожая им наказанием за конкретные должностные преступления, другая часть была обращена к иным лицам.

Наиболее выдающимся нормативным правовым актом Московского Государства и, пожалуй, самым замечательным памятником русского права в целом являлось Уложение 1649 г. Оно состояло из преамбулы, в которой излагались мотивы его принятия и ход законодательных работ, и 25 глав, включавших 967 статей.

Глава I Уложения (9 статей) была направлена на защиту православной веры, охрану Церкви и поддержание ее авторитета.

В главе II (22 статьи) и главе III (9 статей) устанавливалась ответственность за государственные (политические) преступления.

Глава IV (4 статьи) и глава V (2 статьи) объявляли наказуемыми, соответственно, подделку официальных документов и фальшивомонетничество.

В главе VI (6 статей) регламентировались вопросы пересечения государственной границы и обеспечения правопорядка в приграничных районах.

В главе VII (32 статьи) нашли отражение наиболее важные аспекты прохождения военной службы в условиях военного времени.

Глава VIII (7 статей) была посвящена выкупу пленных.

Глава IX (20 статей) регулировала порядок передвижения по стране и взимания и уплаты проезжих пошлин.

В самой большой по объему главе Х (287 статей) подробно освещались вопросы судоустройства и судопроизводства, а также отдельные положения гражданского и уголовного права.

Глава XI (34 статьи) определяла правовой статус черносошных и владельческих крестьян, глава XIX (40 статей) – посадского населения, а глава ХХ (119 статей) – холопов.

В главе XII (3 статьи) и главе XIII (7 статей) говорилось о подсудности духовенства и зависимых от Церкви лиц.

В главе XIV (10 статей) были представлены нормы о крестном целовании как виде судебных доказательств.

Глава XV (5 статей), по сути, являлась продолжением главы Х Уложения.

В главе XVI (69 статей) и главе XVII (55 статей) были закреплены, соответственно, нормы поместного и вотчинного права.

Глава XVIII (71 статья) фиксировала пошлины за оформление и выдачу различных официальных документов.

Глава XXI (104 статьи) и глава XXII (26 статей) содержали нормы уголовного и уголовно-процессуального права.

В главе XXIII (3 статьи) и главе XXIV (2 статьи) были отмечены некоторые особенности процессуальных отношений с участием стрельцов и казаков.

Нормы главы XXV (21 статья) были нацелены на борьбу с корчемством и табачничеством (употреблением, хранением или куплей-продажей табака).

В качестве источников Уложения выступали:

  • 1) Священное Писание и правила Святых Апостолов и Святых Отцов;
  • 2) «градские законы Греческих Царей», то есть византийское право;
  • 3) источники отечественного права предшествующего периода, прежде всего Судебник 1550 г. и Указные (Уставные) книги приказов;
  • 4) Статут Великого Княжества Литовского 1588 г.

Кроме того, в свод законов 1649 г. вошли новые нормы, разработанные членами специальной правительственной комиссии по составлению Уложения, и законодательные предложения участников «Уложенного собора».

Значительную часть Уложения образовывали уголовно-правовые нормы, объединенные в развернутую, хотя и не всегда строго выдержанную систему. Формулируя их, создатели Уложения всесторонне учли накопленный предыдущими поколениями опыт борьбы с преступностью, воплотили в «букве закона» новые тенденции в уголовно-правовом регулировании, приняли к сведению и внесли в Уложение соответствующие положения зарубежного законодательства, при необходимости приблизив их к условиям русской действительности. Очевидным свидетельством несомненного успеха уголовного законотворчества авторов Уложения являлось то, что все последующее уголовное право России базировалось на началах, лежавших в основе именно Уложения 1649 г.

Стержнем уголовного права Московского Государства во второй половине XVII в., несомненно, являлось Уложение 1649 г. Однако несмотря на его ключевое уголовно-правовое значение, оно было не единственным источником уголовного права. Вместе с Уложением в этот период действовали многочисленные указы, в которых имелись те или иные уголовно-правовые нормы, в том числе законы с преимущественно уголовно-правовым содержанием. Среди них встречались такие весьма обширные нормативные правовые акты, как, например, Указ от 18 сентября 1661 г. о наказании за фальшивомонетничество и связанные с ним преступления, Указные статьи о раскольниках от 7 апреля 1685 г. и Новоуказные статьи о татебных, разбойных и убийственных делах от 22 января 1669 г. (далее – Новоуказные статьи).

Последний памятник права вообще являлся крупнейшим юридическим документом изучаемой эпохи. Он состоял из 128 статей, разделенных на четыре части. Первая часть (ст. 1–6) была посвящена некоторым вопросам судоустройства и судопроизводства. Остальные разделы Новоуказных статей были озаглавлены по видам преступлений, а именно: статьи «о татех» (ст. 7-16), «о разбойных делах» (ст. 17–75) и «о убивственных делах» (ст. 76–128). Закрепленные в этих разделах уголовно-правовые нормы тесно переплетались с нормами процессуального права. Заключительная часть четвертого раздела (ст. 112–128) фактически представляла собой самостоятельный структурный элемент закона, включавший нормы смешанного характера. Основным источником Новоуказных статей, о чем прямо говорилось в их преамбуле, являлись главы XXI и XXII Уложения. Кроме того, Новоуказные статьи базировались на ряде других норм Уложения, двух указах 1657 г. и градских законах.

По отношению к Уложению уголовные законы второй половины XVII в. были троякого рода: одни подтверждали юридическую силу соответствующих постановлений Уложения, другие их уточняли, корректировали или отменяли, третьи вводили новые, неизвестные Уложению нормы.